Почему матери сложно понять своего ребенка

Часто родители маленьких детей с синдромом Дауна говорят о том, что не всегда понимают своих детей. Например, мама трехлетнего малыша жалуется на консультации: «Он чего-то хочет, требует, капризничает, а чего хочет – не показывает и сказать не может. Я просто теряюсь, не знаю, что делать!»

Взаимопонимание между матерью и ребенком появляется задолго до того времени, когда ребенок научится говорить. Общение в паре мать — ребенок зарождается в первые месяцы жизни ребенка: мать доброжелательно, ласково разговаривает с ним, и у него появляются сигналы, которые она воспринимает как ответы (ребенок продолжительно смотрит на маму, улыбается); позже появляются инициативы — приглашения взрослого к «разговору». Возникают цепочки инициатива — ответ, это первые акты общения, которые становятся более частыми. Вместе с ними появляется заинтересованность, потребность ребенка в таких «разговорах» с матерью. Эта заинтересованность стимулирует и саму мать. Общение в паре развивается в коротких диалогах, связанных с рутинными моментами жизни матери и ребенка.

Например, мать говорит: «Хочешь сок?» Ребенок кивает головой. Мать дает ему сок.

Или: ребенок поднял руки, тянется к матери. Мать: «На ручки хочешь? Устал сидеть? Иди!» (берет его на руки).

По мере развития ребенка разворачивается всё более частый обмен репликами  в котором ребенок пока пользуется не словами, а эмоциями, мимикой, жестами, звуками), возникают продолжительные эпизоды взаимодействия, «диалог» ребенка со взрослым. Общение — это признано всеми психологическими школами — является необходимой базой для передачи ребенку от взрослого жизненно важных культурно-исторических компетенций.

У ребенка с ограниченными возможностями здоровья на пути развития общения могут возникнуть те или иные сложности. Эти сложности могут быть связаны как с особенностями развития ребенка, так и с особенностями ближайшего родственного окружения.

То, что мамы детей с синдромом Дауна не всегда понимают своих 2–3-летних и более старших детей, представляет собой одну из сложностей, в причинах которой необходимо разбираться.

С целью выявления причин трудностей во взаимодействии матерей и детей в Институте коррекционной педагогики РАО изучается взаимодействие близких взрослых с детьми младенческого/раннего возраста с разной категорией нарушений. Базовой составляющей исследования взаимодействия матери и ребенка является анализ видеозаписей общения и игры в парах [1]. В ходе исследований был выделен целый ряд характеристик поведения взрослого и ребенка.

При изучении общения в парах мать – ребенок с синдромом Дауна и мать – нормально развивающийся ребенок (все дети — 2-го и 3-го года жизни)[1], был выявлен феномен, который встречался только у детей с синдромом Дауна и не был зафиксирован у типично развивающихся детей. Мы назвали его «Коммуникативное действие ребенка содержит противоречия». Такая особенность была зафиксирована у 40 % детей с синдромом Дауна, участвовавших в эксперименте. Содержание этого феномена заключается в том, что в ответе ребенка содержатся средства общения, смысл которых противоречит друг другу (например, одновременно «да» и «нет»). Мать не понимает послание ребенка и говорит об этом.

Пример 1

Ребенок К. (1 г. 7 мес.) лежит на коленях у матери. Мать играет пальчиками ребенка, показывает «сороку-ворону».

Ребенок смотрит на мать — замер, лежит спокойно — вокализации недовольства — вырывается, отталкивает мать.

Мать: «Не хочешь, что ли, играть?»

Первый и второй сигналы говорят о том, что у ребенка есть интерес, ему нравится то, что делает мать. Третий и четвертый сигналы указывают на неожиданный протест.

Пример 2

Ребенок С. (1 г. 5 мес.) стоит в кроватке. Мать рядом, выбирает игрушки для ребенка.

Ребенок смотрит на мать — протягивает к ней руки — вокализирует, интонации требовательные.

Мать подходит к ребенку, хочет взять его на руки.

Ребенок резко садится, недовольно вокализирует.

Первые три действия ребенка указывают, что ребенок хочет, чтобы мать взяла его на руки. А последние два, после того как подошла мать, говорят об обратном.

Противоречия в коммуникативных действиях ребенка близки к тому, что было описано М. И.Лисиной, А. Г. Рузской и Т. М. Сорокиной как факты амбивалентного поведения, когда у ребенка происходит конфликт двух противоположных намерений – приблизиться к взрослому и отойти от него [3, 6, 7]. Для обнаружения этого феномена создавались специальные диагностические ситуации: в группу детского сада, который посещали дети с типичным развитием, входил малознакомый взрослый (например, музыкальный руководитель, которого дети до этого видели всего несколько раз) и просил подойти к нему кого-то из детей, называя его по имени.

При изучении феномена амбивалентности оказалось, что он представляет собой «целостный синдром, который проявляется в локомоциях[2] детей, их эмоциональном состоянии, практических и аффективных связях с окружающими людьми, а также в характере ответа детей на воздействия последних» [7, с. 9]. Феномен амбивалентного поведения представляет собой индивидуально-возрастной вариант, который обнаруживается в общении нормально развивающегося ребенка с малознакомым взрослым и наиболее ярко проявляет себя на 2-м году жизни ребенка.

В нашем исследовании «послания» с двойным смыслом наблюдались:

1) в общении ребенка с синдромом Дауна именно с матерью;

2) у детей с синдромом Дауна 2-го и 3-го года жизни;

3) не только в ответных, но и в инициативных коммуникативных действиях ребенка и в тех его проявлениях, которые еще не стали коммуникативными действиями (например, реагирование ребенка на игрушку: хочет взять ее, тянется к ней, берет и резко отталкивает).

В нашем случае противоречия регистрировались именно тогда, когда мать не понимала некоторых действий и проявлений ребенка и говорила об этом («Что ты хочешь? Не пойму тебя!»).

Противоречия в коммуникативных действиях ребенка, выраженные разными средствами, могут быть рассмотрены как отставание в развитии операциональной стороны коммуникативной деятельности. Исследователи, наблюдавшие амбивалентное поведение у типично развивающегося ребенка 2-го года жизни, говорят о том, что у ребенка на определенном этапе развития, с одной стороны, есть готовность общаться, откликаться и инициировать взаимодействие, а с другой – неясность относительно выбора средств [3, 6]. По словам одного из исследователей (D. G. Leathers), невербальные средства общения для надежности коммуникации должны дублировать друг друга в ответе или реплике ребенка, адресованной взрослому [2, с. 30].

Процесс подбора средств общения, которые поддерживают друг друга и объединяются по смыслу, дает возможность постепенно преодолевать двойственность в посланиях ребенка взрослому. Это происходит за счет развития практики общения, накопления опыта взаимопонимания в паре, при котором мать учится читать сигналы ребенка, придавая им смысл, а у ребенка появляются согласованные по средствам, ясные (для матери) невербальные отклики и послания, развивается универсальное средство общения – речь.

В группах исследования все нормально развивающиеся дети уже вышли на уровень речевого общения, а все дети с синдромом Дауна владели невербальными средствами, и у некоторых из них были слова автономной речи (от 1 до 5 слов).

Появление речи сводит к минимуму возможность неоднозначной интерпретации взрослым невербальных сигналов ребенка. Скорее всего, именно появлением речи можно объяснить факт отсутствия феномена «Коммуникативное действие ребенка содержит противоречия» у типично развивающихся детей на 2-м и 3-м году жизни.

Рассмотрим, с какими поведенческими особенностями могут быть связаны двойственные по смыслу реплики детей с синдромом Дауна в общении с матерью. Предположительно противоречия в поведении ребенка соотносятся с его малой активностью и отсутствием инициативы в общении.

Обратимся к результатам эмпирического исследования общения в парах мать – ребенок и рассмотрим как феномен «Коммуникативное действие ребенка содержит противоречие» сочетается с инициативными действиями ребенка.

Корреляционный анализ показал, что все дети, у которых наблюдались противоречия в репликах, ни разу не проявляли инициативу (или проявляли ее однократно) в общении с матерью в диагностической ситуации (r = 0,87; р ≤ 0,05). За время наблюдаемого взаимодействия дети не привлекали к себе внимание взрослого; в совместной деятельности занимали пассивную позицию, ожидая инициативы партнера; предпочитали индивидуальное исследование предметов, игрушек. Дети не искали оценки своим действиям, не ждали эмоционального отклика на свои переживания. При ограничениях в проявлении инициативы у детей общение часто продолжалось за счет повышенной активности матерей, направленной на привлечение их внимания.

Возможно, отбор сигналов, выбор и уточнение в средствах общения, объединение средств по смыслу (что ведет к сглаживанию противоречий) более интенсивно происходит именно при инициативных коммуникативных действиях ребенка, чем при ответных. Ведь при проявлении инициативы ребенок ждет ответа, отклика матери и прилагает усилия к тому, чтобы быть понятым ею.

Оказалось, что мать неадекватным участием во взаимодействии поддерживает низкую активность ребенка. У большинства матерей тех детей, которые проявляли инициативу однократно или в их поведении были действия, которые можно было принять за инициативные, наблюдался феномен «Мать чаще всего не отвечает на инициативы ребенка, или ее ответ неадекватен содержанию инициативы» (r = 0,76; р ≤ 0,05). Неадекватность отклика матери на инициативу ребенка проявляется в том, что мать реагирует формально и ее ответ не соответствует смыслу послания. В тех случаях, когда матери не поддерживают инициатив детей, значимо часто регистрируются противоречивые послания у ребенка (r = 0,58; р ≤ 0,05).

Взаимосвязь описанных феноменов (отсутствие поддержки матерью инициативного поведения ребенка — низкая инициативность ребенка — его противоречивые послания) указывает на то, что одной из причин «застревания» ребенка на противоречивых коммуникативных действиях являются именно материнские ограничения инициативы ребенка.

Рассмотрим, с какими еще особенностями поведения матери связано  присутствие неоднозначных реплик у ребенка в общении.

Противоречия в репликах и поведении ребенка мать зачастую видит и говорит о непонимании его действий и проявлений. Феномены «Коммуникативное действие ребенка содержит противоречия» и «Мать демонстрирует непонимание ребенка» взаимосвязаны (r = 0,61; р ≤ 0,05). Однако встречаются ситуации, когда мать говорит о том, что не понимает ребенка, а анализ его коммуникативных действий указывает на отсутствие противоречий: все средства общения в реплике ребенка объединены одним смыслом и понятны. В таких случаях непонимание матерью ребенка имеет другой смысл и относится к критике ребенка и его поведения.

Остановимся на анализе ситуации, когда непонимание матери и двойственный смысл в действиях ребенка совпадали.

Наблюдения за младенцами позволяют говорить о том, что в невербальном периоде реплики ребенка, как при нормальном, так и при отклоняющемся развитии, могут содержать противоречия и быть непонятными для матери. Важность при этом приобретают ответные или последующие действия матери.

В нашем исследовании после того, как мать задает вопросы типа: «Не хочешь танцевать, что ли?», «Не пойму: чего ты хочешь?» наблюдались следующие варианты ее поведения:

1. Мать пребывает в растерянности, замолкает, не инициирует общение.
2. Мать расценивает противоречивые сигналы как отказ ребенка от взаимодействия с ней.

Во втором случае мать не только двойственные послания, но и другие проявления ребенка (вокализации, взгляды, позы, движения) наделяет определенным смыслом: ребенок не хочет общаться и играть. Оба феномена: противоречия в коммуникативных действиях ребенка и версия матери, что ребенок не хочет с ней общаться, часто встречаются вместе (r = 0,74; р ≤ 0,05).

Мы зафиксировали следующие комментарии матерей в данной ситуации: «Отвлекаешься? Тебе не интересно (со мной)?», «Не нравится? Не хочешь разговаривать?», «Мамка тебе не нужна!», «Не хочешь сегодня играть со мной!». Часто в таких случаях мать говорила, что ребенок лучше играет с другими (папой, педагогом), а с ней – не любит.

На самом деле, скорее всего, именно предположение матери о нежелании ребенка общаться с ней ограничивает ее собственное желание продолжать общаться, играть, искать пути взаимопонимания и договариваться с ребенком.

Феномен, когда мать приписывает ребенку нежелание с ней общаться, становится более ясным в сравнении с противоположной реакцией других матерей в той же ситуации: матери могли назвать любую причину, по которой дети отвлекались («Ты сегодня плохо спал!», «Тетя нас отвлекает» т. п.), но не нежелание ребенка общаться именно с ней.

Достаточно часто ответственность за двойственность в посланиях мать приписывает только ребенку и упрекает его в этом. Феномен «Коммуникативное действие ребенка содержит противоречия» зачастую сочетается с феноменом «Мать критикует ребенка и/или его проявления» (r = 0,53; р ≤ 0,05). Критика матери выражается в виде негативных оценок, которые носят обобщающий характер («Ну, у тебя все так!»; «Не нравится! Тебе никак не нравится!»), передразниваний ребенка, вопросов-упреков, которые не предполагают ответа («Почему ты разбросал игрушки? Кто так делает?»).

Отрицательные оценки матери касаются не только противоречий в репликах ребенка, но и его спонтанных сигналов, реакций и других коммуникативных действий. Похвала, позитивная оценка, поощрение ребенка при этом минимальны или отсутствуют.

Послания с двойным смыслом наблюдались у 40 % детей из исследованной группы. Оставшиеся 60 % детей также, не имея речи, владели только невербальными средствами общения, но при этом достаточно определенно «высказывались» и были понимаемы матерями. Приемлемый уровень взаимопонимания в паре и отсутствие противоречий может быть и результатом сложившегося и практикуемого длительное время позитивного взаимодействия матери и ребенка. У этих пар тоже были случаи недопонимания, мать испытывала необходимость уточнения смысла посланий ребенка, однако эти трудности быстро преодолевались.

Рассмотрим, как ведет себя мать, которая при появлении сложностей с пониманием не критикует ребенка, не приписывает ему нежелание общаться с ней, а стремится понять его. В случае затруднений с пониманием у таких матерей наблюдались следующие реакции:

1. Непонятные действия ребенка мать объективно называла (например, «Ты капризничаешь») или наделяла их позитивным смыслом («Как ты хочешь мамочке всё рассказать!»). Она пробовала реагировать на реплики ребенка разными способами, а наблюдение за его реакцией помогало ей сделать правильный выбор.
2. Мать могла игнорировать единичные непонятные сигналы и продолжала общение, опираясь на те проявления или средства общения ребенка, которые были ей понятны и выгодны для продолжения коммуникации. Так мать удерживала ребенка в теме начавшегося общения. Этот вариант наблюдался тогда, когда у пары объективно был некоторый опыт договоренностей.

Иногда встречались ситуации, когда мать специально организовывала диалог и провоцировала ребенка на участие в коммуникации.

Пример

Ребенок увидел йогурт, капризничает. Мать понимает, что ребенок хочет, но берет сушку и предлагает ребенку. Ребенок машет головой: «Нет-нет». Мать: «Не хочешь?!» Улыбается, показывает йогурт, кивает головой: «Хочешь?» Ребенок улыбается в ответ, вокализирует, тянет ручки. Мама: «Скажи “Да, хочу!”». Ребенок кивает головой. Мама рада, что получила ответ от ребенка, дает ему йогурт.

В обычные жизненные ситуации мать включает небольшие акты общения (инициатива — ответ), в которых предвидит однозначные ответы ребенка. Она создает ситуации, с которыми ребенок может успешно справиться: ответит на ее вопросы, причем любыми средствами (улыбкой, кивком головы, протянутыми руками и др.). У матери нет критики, просьбы уточнить ответ или ответить другим способом (например: «Нет, ты скажи!»), что наблюдается у части матерей. Для матери в приведенном примере важен сам факт ответа, а не его качество, важно участие ребенка в коммуникации. Таким образом, мать как будто тренирует и себя, и ребенка во взаимодействии, развивая и поддерживая его активность, что вносит свой вклад в развитие практики общения и появления договоренностей между ними.

Итак, в исследовании обнаружено, что трудности понимания матерью ребенка раннего возраста с синдромом Дауна имеют основание: у 40 % детей во взаимодействии с матерью регистрируется феномен «Коммуникативное действие ребенка содержит противоречия». Этот феномен относится к признакам нарушения развития общения [5]. Анализ показал, что наличие противоречий связано с фактическим отсутствием у ребенка инициативных действий в общении с матерью. Согласование средств общения по смыслу, появление новых и «оттачивание» имеющихся средств общения в большинстве своем происходит именно благодаря инициативным коммуникативным действиям, а не ответным.

Опыт специально организованной работы по налаживанию взаимодействия в паре показывает, что при развитии инициативности ребенка в общении с педагогом, а потом с матерью, по мере развития самой практики общения, в которой ребенок проявляет заинтересованную активность, противоречия в репликах ребенка исчезают [4]. Однако только работы с ребенком оказывается недостаточно.

Подтверждается предположение, что присутствие двойственных посланий в общении у ребенка раннего возраста с синдромом Дауна связано не только с влиянием хромосомной патологии, но и с поведением матери в общении. Матери детей, у которых присутствуют противоречивые реплики, ограничивают их в проявлении инициатив, не заинтересованы в активности ребенка, приписывают ему нежелание общаться, критикуют. Именно от особенностей поведения матери во взаимодействии с ребенком в большей мере зависит, затягивается процесс преодоления противоречий в коммуникативных действиях ребенка или они постепенно исчезают.

Исследование показало, что необходима работа с матерью ребенка с синдромом Дауна, которая предполагает формирование у нее специальных коммуникативных умений. Среди них — умение наблюдать за проявлениями ребенка и трактовать его действия с точки зрения его потребностей (в новых впечатлениях, в двигательной активности и др.); поддерживать и развивать инициативность ребенка в общении; анализировать свое поведение и поведение ребенка во взаимодействии; эмоционально поддерживать  и поощрять ребенка в общении. Опыт проведенной работы, включающий обучение, показывает, что большинство матерей успешно овладевают специальными коммуникативными умениями. По окончании работы, направленной на преодоление неблагополучия в общении пары, все матери отмечают, что стали лучше понимать своих детей. Случаи, когда мать продолжает не понимать ребенка и говорит об этом, не наблюдались [4]. У самих детей появились новые средства общения и ясные реплики в коммуникации со взрослым. В результате работы, проведенной с ребенком и матерью, получил развитие опыт договоренностей, качественно изменилось взаимопонимание в паре мать — ребенок.

Литература

1. Исследование общения взрослого и ребенка первых лет жизни с ограниченными возможностями здоровья: методический инструментарий / Е. Б. Айвазян, Т. П. Кудрина, Г. Ю. Одинокова, Е. В. Орлова, Ю. А. Разенкова // Ранняя помощь: от исследований к практике : Альманах института коррекционной педагогики. 2018. № 32. URL: https://alldef.ru/ru/articles/almanac-32/
2. Исенина Е. И. Дословесный период развития речи у детей. Саратов : Изд-во Сарат. ун-та, 1986. 162 с.
3. Лисина М. И. Особенности общения у детей раннего возраста в процессе действий, совместных со взрослым // Развитие общения у дошкольников / под. ред. А. В. Запорожца, М. И. Лисиной. М. : Педагогика, 1974. С. 113—152.
4. Одинокова Г. Ю. Общение матери и ребенка раннего возраста с синдромом Дауна : монография. М. : Полиграф сервис. 210 с.
5. Одинокова Г. Ю. Феномены общения ребенка раннего возраста с синдромом Дауна // Дефектология. 2015. № 2. С. 56—63.
6. Рузская А. Г. Особенности начального этапа общения с незнакомым взрослым у дошкольников // Развитие общения у дошкольников. С. 153—178.
7. Сорокина Т. М. Исследование феномена «амбивалентного поведения» у детей раннего возраста : автореф. дис. … канд. психол. наук. М., 1977. 21 с.