Статьи 
Олеся Алиева – российская горнолыжница, многократная чемпионка России, мастер спорта международного класса. Ее главное достижение – третье место в Кубке мира по горным лыжам в 2000 году. Несмотря на то, что она завершила карьеру 10 лет назад, многие ее рекорды так и не побиты.
Уже два года Олеся — шеф-инструктор в благотворительном проекте «Лыжи мечты», и ее подопечные – дети с диагнозами ДЦП, аутизмом, синдромом Дауна — делают непрогнозируемые медиками успехи.
«Я не знала ничего об аутизме»
— В 2006 мне пришлось оставить спорт из-за травмы. Сначала я решила, что хочу отдохнуть. Между двумя декретами училась на инструктора, работала методистом в Федерации горнолыжного спорта. И поняла: я не офисный человек нисколько. Мне скучно. И именно в тот момент я увидела в соцсетях информацию о «Лыжах мечты».
С создателями «Лыж мечты» телеведущим Сергеем Белоголовцевым и его женой Натальей Олеся была знакома давно, и предложила себя в качестве волонтера. Прошла обучение, стала шеф-инструктором.
Сейчас проводит занятия в Москве, ездит по регионам и реабилитирует горными лыжами детей, которые и ходят-то с трудом.
Новая работа принесла в жизнь и сюрпризы, и сложности.
— Когда я ездила на соревнования и сборы за рубеж, я, конечно, видела особых людей. Там их не прятали. Я была знакома с диагнозами ДЦП, синдром Дауна. А вот с аутизмом впервые столкнулась только в «Лыжах мечты» и поначалу была обескуражена: как можно научить человека слышать и слушаться тренера, если он пребывает в своем закрытом мире?
Пришлось засесть за специальные книжки. Это оказалось покруче, чем самая крутая вершина из ее спортивных вершин.
«Особый ребенок – как книга, читать которую надо очень бережно»
На вопрос о том, что больше всего нужно инструктору в работе с особыми детьми, Олеся Алиева отвечает: «Смелость. А еще доброта и терпение. Но прежде всего смелость. Каждый человек с нарушениями, какими бы они ни были, двигательными или ментальными, который приходит в «Лыжи мечты» — это как новая книга. Необходимо читать ее бережно и аккуратно, не разрывая страниц».
Разрывать страницы никто и не думает – тренеры в «Лыжах мечты» работают со своими подопечными максимально чутко и адресно.
Гонки и сверхзадач нет, хотя каждый здесь, пожалуй, ежедневно выигрывает свою личную Олимпиаду.
Просто цели у каждого ребенка стоят разные: кому-то нужно научиться прямо держать спину и натренировать мышцы, чтобы самому удержать в руках ложку, а кому-то хочется вместе с родителями отправиться в горы и не отставать от них на склонах. Невозможного нет. За полных два сезона ученики Олеси Алиевой добились тех целей, что сами перед собой ставили.
6-летний Матвей, которого поначалу возили только в слайдере («ходунках на лыжах», фиксирующий больного ДЦП и не дающий упасть), сейчас держит спину и голову сам, передвигает ногами, а до этого почти не ходил!
15-летний Леня с ДЦП не мог почти ничего и всего боялся, а сейчас сам, без поддержки, спускается с горы, поворачивает и поднимается вверх. Даже успел съездить с родителями в горы и там поразил инструктора, который работает со здоровыми людьми.
Неговорящая 8-летняя Маша с синдромом Дауна, кажется, вот-вот нарушит молчание – после тренировок у нее столько эмоций, что она лепечет без умолку. «Я не радовалась своим медалям так, как я радуюсь достижениям моих учеников в «Лыжах мечты», — признается Олеся.
Дочки-матери
В большом спорте Олеся не мыслила себя без скорости и адреналина. И сегодня не мыслит: главная забота большой спортсменки сегодня — как вместе с учениками и их родителями свернуть горы.
За два года работы в «Лыжах мечты» особые дети кардинально перевернули Олесин мир и привычный взгляд на вещи. Она перестала роптать и задаваться вопросом — «для чего же людям даются такие испытания».
— Раньше я не понимала, а сейчас знаю: это тяжело, но это нужно прежде всего для всех нас. Чтобы мы, все вокруг стали лучше. И, правда, примеры – на глазах. На тренировках в спорткомплексе «Кант» помочь ее ученикам спешат не только штатные волонтеры, но и те, кто просто случайно оказался рядом на склоне. А все местные «канатчики», которые следят за подъемниками, уже и сами не заметили, как втянулись в программу и приобрели все необходимые навыки помощи людям с ДЦП, СД и аутизмом.
Потихоньку волонтерит и старшая дочь Олеси Софья. Девочке 9 лет, и в свободную минуту она всегда рядом с мамой. «Может малышам слюни вытереть, поддержать – как физически, так и морально. А как она вдохновляет ребят, болеет за них, когда они скатываются с горы», — радуется мама-инструктор. Младшая, пятилетняя Маша, тоже начала ходить на мамины тренировки.
Олеся признается, что ее особые ученики за два года помогли ей развить у себя «настоящее материнское терпение».
К дочерям Олеся требовательна и ждет от них результатов, хотя и не спортивных – девочки занимаются горными лыжами, что называется, «для себя». Но родительской раздражительности и упреков стало заметно меньше – ведь общаясь с ребятами, у которых такие тяжелые диагнозы, поневоле перенимаешь у них что-то, даже тебе самому неведомое, и еще больше начинаешь ценить жизнь. «Они такие благодарные! Обнимаются, целуют меня, радуют своими достижениями. Все это дает невероятную энергию!».
Впрочем, бывают и сложности – куда без них. Приходится импровизировать, искать новые методы, экспериментировать. Но главное, считает Олеся – начинать каждую тренировку с молитвы. Тогда даже у самого «неподдающегося» ученика в конце концов все получится.
«Бог и горные лыжи, а больше ничего общего»
По-настоящему к вере Олесю привел муж. До этого были годы исканий и сомнений. Родом Алиева из Адыгеи, в ее роду были как мусульмане, так и христиане. Свою религию, впрочем, никто из старших не навязывал, скорее, было принято верить в некую высшую силу, без уточнений.
Олеся крестилась в 13 лет, а в 19, уже в Москве, полностью погрузившись в перипетии большого спорта, оказалась в одной из протестантских церквей. Там состоялось второе крещение, однако тренировки, сборы и соревнования помешали регулярным визитам на молитвенные собрания. В то же время бабушка Олеси по маме неожиданно для всей семьи воцерковилась и вступила с внучкой в мировоззренческую дискуссию: православие — протестантизм.
Пока бабушка молилась за внучку, а сама Олеся, пропуская протестантские службы, верила в Бога по-своему, состоялась судьбоносная встреча с будущим мужем Сергеем. И первое, что он сказал девушке: «А знаешь, я ведь верующий». «Круто, я тоже», — улыбнулась в ответ Олеся.
Сейчас она говорит, что вера в Бога была практически единственной точкой соприкосновения – во всем остальном будущие супруги разные, порой до диаметральной противоположности. «Нас объединял только Бог. Ну еще горные лыжи. Сережа тогда увлекался ими всерьез и мечтал познакомиться с кем-то, кто был бы самым лучшим в этой области. Так он и нашел меня».
Молодые люди поженились, вскоре родилась первая дочь, затем вторая. Девочек крестили в Православии, и заботливый отец вместе с ними каждое воскресенье шел в храм, в то время как Олеся оставалась дома. В какой-то момент пришло в голову: что-то не то.
«И я начала потихоньку воцерковляться. Не быстро, почти три года, и не гладко. Сначала я приезжала с мужем и девочками в храм и ждала их за оградой. Потом заходила внутрь, но подолгу стоять на службе не могла», — рассказывает Олеся. Так, шаг за шагом, она постепенно поняла и приняла то, против чего яростно выступала. Помогло осознание, что семья должна быть вместе, а еще – бабушкина тихая молитва. В ознаменование возвращения Олеси Алиевой в Православие в одном из монастырей Адыгеи совершили чин присоединения к Православной церкви. Олеся и Сергей повенчались.
«Если бы сейчас меня спросили, что самое главное и сокровенное в христианстве, я бы, наверное, ответила — прощение.
Ведь Бог нас уже простил, хотя человек – ну я, по крайней мере, говорю за себя — не заслуживает прощения. А у нас еще есть возможность попасть туда, куда все мы разными путями идем, и там соединиться с Богом».
Фото: диакон Андрей Радкевич
Поделиться